»The Gazette l F.С.B.

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

»The Gazette l F.С.B. > Записи участников сообщества > Записи пользователей


Записи все / пользователей
кратко / подробно
Сегодня — понедельник, 20 августа 2018 г.
Reginleif 07:02:23
Запись только для зарегистрированных пользователей.
Позавчера — суббота, 18 августа 2018 г.
Тест: •|Это твой праздник. Все для тебя 4. Себастьян Мехаэлис: /в... Kitagawa Momo 10:13:13
­Тест: •|Это твой праздник. Все для тебя
4.


­­

Себастьян Мехаэлис: /в твоем присутствии становится наиболее вежливым и элегантным (как странно употреблять это слово к мужскому персонажу :о), стараясь обделить внимаем всех, но произвести на тебя чудеснейшее впечатление. Выполняет любой твой каприз, всегда многозначительно улыбается и старается быть к тебе как можно ближе. Изначально его интерес к тебе обосновывался только запахом твоей души, что показался ему особенно пикантным - весьма резким, но таким дурманящим и горьковатым, будто аромат дорогого вина. Потом начал присматриваться к тебе, ведь в поместье ты достаточно частая гостья, и уловил себя на мысли, что находит тебя весьма и весьма привлекательной особью женского пола. Его восхитят твоя манера обращения, твой голос, жизнелюбие и чудесный юмор, в нужный момент сменяемый серьезностью и рассудительностью. Согласиться, что, не будь Сиэля, пошел бы на многое, чтобы прислуживать именно тебе. Однако и факт существования вышеупомянутого его не будет сильно останавливать - липнуть к тебе он будет, осыпая лестными комплементами и неоднократно приглашая на танец, да вот ты дама скромная (да и танцуешь не ахти), поэтому только вежливо отказываешь, но стараешься не показаться оному слишком зажатой. Он-то тебя быстро раскрепостит... О твоем празднике знает, естественно, и, (томно хд) шепча над самым ушком слова поздравления, заставит смутиться до самых пяточек/

­­

Уильям Ти Спирс: - Вам стоит быть осторожнее. Я бы не стал доверять демонам /украдкой поправляя очки и смотря куда угодно, только не на тебя, сообщает жнец/ /если у первого любовью-морковью-ог­урцом не особо пахнет (там больше привязанность и интерес), то этот человеческие чувства еще как испытывает, просто мастерски скрывая их под маской безразличия и холодности. Увидел тебя случайно, когда ты оказалась рядом с будущим усопшим, душу которого и собирался забрать зеленоглазый. Бедняга еще дышал, и ты пыталась оказать ему помощь, опускаясь на колени, проверяя пульс, дыхание и наличие внешних повреждений. Однако, изумленный (необыкновенной красотой х) ) твоим бескорыстным желанием помощь незнакомому человеку, тот забылся, а мужчина уже начал приходить в себя и даже смог назвать свое имя. Получив выговор от начальства, жнец задумался, по какой такой причине он не смог выполнить порученную ему работу. Несколько девушек из министерства обсуждали любовь между людьми, а молодому мужчине довелось услышать все подробности о том, что именно называют любовью и как понять то, что ты влюблен. Напрягся, пугаясь своих необъяснимых чувств, неожиданных даже для него. Однако, он решил найти тебя и узнать о тебе настолько много, насколько сможет. И нашел. И узнал. Убедился в том, что таких чудесных лели, как ты, он еще не встречал. Станет оберегать тебя незримой тенью, в нерабочее время изучая способы, аля "как заставить девушку полюбить себя?"/



Реакция.

Поместье Фантомхайф.


Сиэль Фантомхайф: - Рад видеть в добром здравии, (Имя). Хорошо, что мы встретились, я как раз хотел кое-что обсудить /вы коллеги, говоря на современный лад, а отношения между вами весьма положительные, пусть и раньше он был к тебе холоден, а ты вообще игнорировала его присутствие. Рад, что знает такого человека, как ты. Нравишься ему своей сообразительностью,­ складом ума и характера и приятными чертами внешности, пусть он и считает, что последний фактор его совершенно не волнует. Находит тебя интересным собеседником, ты можешь поддержать разговор даже на тему, с которой плохо знакома. Иногда спрашивает твоего совета, ведь доверяет твоему мнению. На твой праздник будет с тобой особенно обходителен и сделает чудесный подарок, будучи одним из гостей на балу в твоем поместье. О связях со жнецом и его дворецким он даже не догадывается, пусть и замечает, что порой Себастьян уделяет тебе слишком много внимания. Больше, чем другим гостям/

Бардрой: /блондин весьма добр к твоей персоне, ведь, как многий мужчина, сначала оценил тебя по внешнему виду и оказался весьма доволен - приятная внешность, изящные черты лица и ровная осанка серьезно его напрягли, и тот стал более осторожен в твоем обществе. Мало ли, вдруг вы окажетесь наедине? А он, как-никак, молод, ты, как-никак, хороша... Эээ, отвлекаюсь. Так вот отношение между положительным и нейтральным, но ближе к первому. Считает, что несмотря на свой статус и денежное состояние, ты очень и очень дружелюбна к людям ниже по социальной лестнице. Ценит это в людях, поэтому проникся к тебе легким уважением. На твое день рождение вам свидеться не удастся, да он и не знает об этой дате/

Мейлин: - Ох, госпожа (Имя)! Какая приятная встреча. Вы как всегда неотразимы, правда-правда! /девушка мнения о тебе хорошего, ведь ничего о заинтересованности её возлюбленного совершенно не знает. Относится к тебе с безграничным уважением и восхищением, а в твоем присутствии становится более смелой и решительной, и тарелки сами собой больше не падают. Благодарна тебе за визиты в их поместье, за добрую улыбку и хорошие шутки по самым разным темам. Ценит такого человека, как ты и иногда задумывается, что если бы в её жизни не появились Сиэль и Себастьян, работала бы на тебя. Рада, что ты не зазнаешься от своего статуса и всегда искренне помогаешь девушке с различными трудностями/

Финниан: /с замиранием сердца следит буквально за каждым твоим шагом, движением руки или словом. Просто любуется, наблюдая за тобой и шествуя прямо по пятам. Знает, что ему абсолютно не на что надеяться, хотя, будем честны, он-то и подойти представиться стесняется, так что, все проблемы от сильно смущения юноши. Ты зацепила его прямо с первой встречи и с тех пор он постоянно думает о том, какая ты вся распрекрасная, и как бы он хотел оказаться с тобой рядом. Хоть на немного. Хоть поговорить. Часто расспрашивает о тебе горничную, на что она непонимающе смотрит на мальчика, а тому приходится объясняться, краснея и заикаясь. О твоем празднике он тоже не знает, что прискорбно. Так бы обязательно пересилил себя и хотя бы назвал свое имя. Ну, шоб знала/

Танака: - Хо-хо-хо, дорогая (Имя)! Давай я расскажу тебе одну очень интересную историю /относится к тебе положительно, считает, что ты очень сообразительная и воспитанная девушка. С тобой приятно общаться на любые темы, всегда можно спросить совета или доверить секрет. Заметил необъяснимый интерес дворецкого поместья Фантомхайф к тебе, и это его весьма напрягло. Считает, что эта связь ничего хорошего не принесет. Беспокоится, уверенный, что мужчина лишь воспользуется тобой и бросит. Знает о твоем положении, безусловно и находит тебя хорошей кандидатурой на пост невесты какого-нибудь милого и интеллигентного юноши/

Плуто: /ты не застала его, к сожалению. Да, думаю, вы бы не особо поладили, ведь ты занимаешь в мыслях всех его любимых хозяевах слишком много места/

Поместье Транси.


Алоис Транси: - Я хочу её! Она нужна мне! Понимаешь, нужна больше, чем кто-либо другой! Мне не нравится, что она так далеко! /истерика за истерикой, ей богу. Знает, что ты корешишься с Сиэлем, имеешь за плечами хорошее наследство и много связей. Но его, естественно, последние два фактора не волнуют абсолютно, а вот первый привлекает. Видел тебя всего единожды, но вы даже не были представлены друг другу, не поговорили и тем более не полюбили друг друга с первого взгляда. Вообще нет. А вот дикая зависть, похоть и внешняя симпатия - тут категоричное "да". Хочет видеть рядом, а от отсутствия тебя в ближайших метрах бесится еще больше, чем обычно. Ему прямо психологической помощи не хватает, тут даже присутствие "Его Величества" Клода не помогает. Остерегайся этого паренька, добром это не кончится. Вот ранней беременностью это может кончиться, а вот добром никак нет/

Клод Фауст: /ненавидит тебя больше, чем своего господина и дворецкого семьи Фантомхайф. Как такового общения между вами не было, то есть не повздорить, не подружиться вы просто не имели возможности, однако его это мало волнует. В отличие от господина видел тебя аж три раза, и во время всех этих трех раз вокруг тебя крутился Себастьян, что оного просто взбесило. Конечно, на его невозмутимом (как кирпич) лице не дрогнула ни одна мышца, но факт остается фактом. Понял, что ты обыкновенный человек, да вот запах души ему не люб оказался - имеют непередаваемую словами горчинку. Ни коим образом не будет одобрять увлеченность господина, но будет упорно делать вид, что ищет тебя. А так ты ему н@хрен не сдалась/

Хана: /весьма лояльна к тебе, ведь благодаря тебе господин стал немного добрее и ему просто некогда отвлекаться на избиение прислуг, он поисками тебя занят. Надеется, что ты окажешься хорошим человеком, таким, как её любимый Лука, и не станешь перечить господину. А если ты примешь его любовь и согласишься на помолвку - вообще боготворить начнет. На самом деле совершено тебя не знает, но что-то ей подсказывает, что ты не оправдаешь её надежд. Боится, что сердце такой милой и чуткой девушки с внушительным наследством и статусом уже занято. Грезит о встречи с тобой один на один, чтобы хотя бы поговорить, а большего ей и не надо/

Тимбер: /в некотором солидарен с Ханной, но ты более привлекаешь его, как девушка, а не кандидатура на роль невесты господина. Не жалует того, и не желает ему в жены такую сердобольную девушку с обворожительной внешностью/

Томпсон: /и его ты смогла зацепить своей серьезной молчаливостью, граничащей с жизнелюбием и прекрасным чувством юмора, поэтому в стороне не останется, если что. Ты не думай, на твое сердце он не претендует, просто хочет насолить графу Транси и помочь тебе избежать встречи с тем любой ценой/

Кантербери: /в этом плане своих братьев он совершенно не понимает. Считает тебя обыкновенной девушкой, не имеющей ни чудесного аромата души, ни приятной внешности, ни восхитительных познаний в различных областях. В большинстве свои нейтральное отношение. Ни холодно, ни жарко от твоего существования/

Жнецы.


Гробовщик: - И-хи-хи, зачем же в мою скромную похоронную лавку пожаловала молодая и полная жизни леди? /сначала относился к тебе, как к любым другим гостям - и пугал немного, и настораживал, и советовал, какой гроб лучший. Правда, это его работа. Не заметит в тебе ничего примечательного, но его повеселит факт, что на все его попытки испугать тебя, ты смеряешь оного удивленным и непонимающим взглядом. Бесстрашная, короче. Потом проникнется к тебе легкой дружеской симпатией и будет искренне рад видеть тебя в своей лавке. Пусть он и совершенно не хочет твоей смерти, надеется, что твоим погребением займется именно он. Да, вот так странно он проявляет интерес, что с него взять/

Грелль Сатклифф: - Ух, дурная девчонка! Вот сразу она мне не понравилась - личико смазливое, глазками хлопает! Вроде понимает все, а вроде и приличия не проявляет! Не люблю таких /благодари Бога, милая моя, что этот индивидуум ни малейшего понятия о "чувствах" его возлюбленного к твоей персоне. Рвал бы и метал, как умалишенный. Действительно, чем-то ты не приглянулась ему с первой встречи, однако поднимать на тебя оружие или строить козни желанием не горит. Он тут внимания Себастьянчика добивается, а ты ему и не нужна вовсе. Благо, ему так и не доведется узнать о ваших связях, поэтому от руки красноволосого ты точно не пострадаешь. Да, хотя если бы и узнал, был бы остановлен и Уиллом (о его симпатии он тоже не в курсе, тот шифруется, как может), и самим дворецким. Ты под защитой, не дрейфь/

Рональд Нокс: /к сожалению, вы друг друга не знаете. Он слышал, что их суровый и всегда серьезный Уильям заинтересовался какой-то девчонкой, но лишь посмеялся, не более/

Остальные:


Лау Тао: /эта персона тобой весьма заинтересована, ведь он как-то заметил тебя в обществе Сиэля и уже тогда подумал что-то не то. Его мысли его весьма повеселили, ведь у графа уже есть невеста, а он поглядывает на дам постарше и покрасивее, забавно. Прикинул, что было бы очень даже неплохо иметь такую, как ты, под боком. И посоветует дельное, и физические потребности удовлетворит, и глаз порадует. Чудо, а не девушка. Никакого особого мнения у него нет, на самом деле. А про твой день рождения он вообще без понятия/

Лан Мао: /а вот она без понятия о тебе, поэтому ни малейшего мнения о твоей персоне не имеет. Неведение - есть подруга подозрения. Не нравится ей, что любимый брат часто говорит о тебе. Напрягает это/

Элизабет: - Ах! (Имя)! Чудесно, чудесно, что ты пришла! У меня для тебя столько милых вещиц. Я думаю, то голубое кружево будет тебе к лицу! /обожает тебя. Коротко и ясно. Считает чуть ли не старшей сестрой с прекрасным женским образом - серьезность, женственность и моральная сила. Часто ездит в твое фамильное поместье, даже если без приглашения. Вы много проводите время вместе, пусть даже эта милейшая девочка иногда бывает слишком навязчивой. Никогда не приходит без подарков и дарит тебе множество безделушек с изображением милых животных или цветов. Хочет сделать тебя милее, чем ты есть, ведь часто считает твою серьезность очень немилой. На твое день рождение не отойдет от тебя ни на шаг, являясь одним из организаторов бала/

Энджела/Эш: /ой, благо, это чудо из чудес о тебе ни малейшего понятия, иначе бы добром ваше знакомство не закончилось. Будь ты хоть десять раз вся такая добрая, чистая и "не оскверненная", оно к тебе отношение будет строить только по одному признаку - ты связана с демоном и жнецом, и плевать, какими узами. Так что, гарантию на твою защиту дать могу, но вот остальное тоже может пострадать. Город, люди там.../

Мадам Рэд: /конечно, ты знаешь о её смерти, но при жизни женщина была о тебе прекрасного мнения, пусть ты и была довольно мала. Находила тебя хорошо воспитанной, прилежной самое главное - милой девочкой, что всегда придет на помощь и подбодрит своим заразным жизнелюбием. Искренне скучала по тебе, когда вы подолгу не виделись, а на твои праздники всегда осыпала тебя подарками/

Принц Сома: - Ах! Какой чудесный цветок! Какая фигура, а какое личико! Настоящая принцесса! /по его мнению это любовь с первого взгляда, а ты на него даже не смотрела, чтобы это подтвердить. Стесняется каждого твоего жеста, млея от легкой улыбки на твоих губах и стараясь поймать хотя бы один твой кроткий взгляд. Уже видит тебя рядом с собой (в роли своей жены, есессена) у себя на родине, вашу эпоху правления и множество чудных детишек, всех, как один, похожих на тебя. Так как даже разговор завести с тобой не смог, то и о твоем дне рождения он тоже не узнал. Если бы таковое случилось, потратил бы все силы и средства, чтобы завалить тебя подарками от чистого сердца. Не знает о тебе ничего, кроме имени/

Агни: /он знает о тебе только по рассказам принца, а тот и два слова конкретно сказать не может, описывая всю его пылкую любовь к твоей персоне. Он даже посчитает, что тот от нехватки женского внимания сошел с ума и ему мерещится его идеал девушки. Отправит оного к лекарю/

Если не сложно, напиши пару слов) -
http://professork.b­eon.ru/0-305-vtoraja­-tema-s-testami.zhtm­l.
Стол заказов - http://professork.b­eon.ru/0-68-stol-zak­azov.zhtml

Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1113-968.html
Тест: • [Небеса рассудили иначе... Kitagawa Momo 10:11:12
­Тест: • [Небеса рассудили иначе] - Overwatch
three;


Zenyatta

­­

Ночь постепенно переходила в утро. Небо серело, звезды гасли.
Девушка шла вверх и вниз по зеленым холмам на восток к монастырю…


­­


Утренний ветер пришедший севера заставил тебя зябко поежиться. Остановившись у красных мощных врат, которые были входом на священные земли, ты достала из рюкзака теплый шаль и обмоталась им по самые глаза. От теплого дыхания в шелковистый шарф, кожа мгновенно стала влажной. Ты продолжила свой путь дальше, к храмовому буддийскому комплексу.
Монастырь расположился у подножья священной горы, среди древних сосен и кипарисов. Храм не был похож на те, что ты встречала прежде. Это было большое и массивное сооружение из красного дерева, украшенного золотыми шпилями. Сердце пропустило несколько ударов, ты тихо сглотнула. Пройдя мимо могучих колонн, на вершине которых горели огни, ты замерла в восхищении, у никем неохраняемым входом в монастырь. Обширные двери храма были расписаны золотой краской с изображением печати Шамбалы.
- Невероятно… красиво… и так… могущественно…, - затая дыхание, ты перевела взгляд от центрального входа, на блестящий гонг.
- Впечатляет…
Глаза на твоем бледном лице светились неподдельным восхищением, а губы приоткрылись от восхищения.
Cтенная панель плавно отодвинулась в сторону. Человекоподобный робот сидел на коленях у входа. Восходящее солнце отливало серебром его металлическое тело. На киборге были шелковое кимоно оранжевого цвета, белые носки и обувь на толстой подошве. Он расправил складки на своем широком поясе и осмотрел площадь. Все впорядке. Ты смотрела на него, словно боясь спугнуть. Медленно опустившись перед ним на колени, ты кивнула головой. Барабан на его скуле еле слышно щелкнул и у монаха опустилась нижняя челюсть.
- Что же тебя сюда привело, путник?
Его роботический голос звучал звучал мягко, почти мечтательно. Ты молчала, с трудом подбирая слова. Тишина окутала вас двоих. Не дождавшись ответа, монах оторвав ноги от пола, плавно и совершенно беззвучно воспарил. Ты округлила глаза. Сильная дрожь охватила твое тело, но ты вызывающе выпалила в ответ:
- Как такое возможно?!!! ­­
Спустя миг, ты поняла, что сотворила непристойное действие и ударившись лбом о каменный тротуар, отдала земной поклон.
- Простите!!! Простите меня!!!
Зубы сжались от злости, глаза зажмурились от страха. По спине прошлась орда мурашек и покрыла ее ледяным потом.
Вдруг чьи-то пальцы, слегка дотронулись до твоей головы. С перепугу, ты содрогнулась и разжав губы, со страхом подняла голову. Шаль упал на землю, открывая твое лицо незнакомцу. Он парил в шаге от тебя и пристально смотрел своими пустыми глазами сквозь тебя. Ты отвела взор, смущаясь такого взгляда и села на колени. Подумав с минуту, ты, с дрожью в голосе, все же решилась ответить на его вопрос:
- Мне сказали… Вы можете мне помочь…
Киборг слегка откинул голову назад, демонстрируя тебе свой золотой подбородок. Взгляд его глаз созерцал формирование кучевых, белых облаков, после темного ночного неба. Ты выдержав паузу, ровным тоном продолжила:
- Как можно обрести… счастье?
Твой голос звучал жалобно.

- Счастье — это просто не удачное сочетание внешних обстоятельств. Это просто состояние вашего ума. Так говорил наш духовный учитель - Сиддхартха Гаутама.
<< Сиддхартха Гаутама? Это еще кто такой? Духовный… учитель… Кхм… первый раз о таком слышу.>>
Ты с непониманием уставилась на него, а он сказал:
- Будда.
- Что?!
- Сиддхартха Гаутама.Это имя было дано ему при рождении. Он позже стал именоваться Буддой.

На миг у тебя отпала челюсть. Неужели он еще и мысли читать умеет?! Помотав головой, ты прогнала мысли прочь.
- Победа порождает ненависть… побежденный живет в печали, а в счастье живет спокойный, отказавшийся от победы и поражения.
-Ам…

Ты не очень понимала, что он хотел тебе сказать и скорей всего навряд ли, собиралась услышать подобное, идя сюда несколько дней, по горам и холмам, почти ничего не кушая и не отдыхая.
- Простите, но кажется… я Вас не очень понимаю… - признала ты.
Он тяжело вздохнул и протянул тебе свою механическую руку.
- Хочешь понять, значит?
Ты долго не думая кивнула головой в ответ и взявшись за его руку, поднялась с ноги.
- Следуй за мной… - предложил он.

Начались долгие тренировки медитации, которые из часов переросли в дни, а затем в месяца.


Курились благовония мандаринового дерева. Скрестив ноги, ты сидела на мягких подушках на полу, напротив своего учителя. Медитация длилась уже больше часа: ноги стали затекать, а спина предательски ныть, от чего мысли стали мешать расслаблению и концентрации. Ты приоткрыла глаза.
- Медитация сложна для всех, - послышался голос наставника.
Ты подняла на него взгляд и чуть заметно улыбнулась:
- Это тяжело…
Ты потерла колени и вытянув ноги перед собой, откинула корпус назад упираясь руками в пол. Казалось бы, такой спокойный и в тоже время очень серьезный монах, рассмеялся, увидев твою реакцию.
-Думаю, пора выпить зеленого чаю с печеньем, - предложил учитель.
Ты растянулась в улыбке. Ударил гонг, что оповещало о завершении тренировки. Сев на колени, ты поклонилась учителю и рванула на кухню. В животе урчало. Заварив в большом чайнике отвар, ты составила посуду на поднос и поспешила к наставнику в ложе.
Отодвинув бумажную дверь в сторону, ты смущенно поклонилась и поспешно вошла в комнату. Учитель парил в воздухе по середине помещения, скрестив ноги. Увидев тебя, он кивнув и опустился на татами. Ты села напротив и расставив чашки, налила чай сначала наставнику, затем себе. Съев сладкое печенье,монах запил его чаем и закрыв глаза тяжело выдохнул. Наставник расслабился. Атмосфера в комнате сразу же изменилась. Комната наполнилась теплом, уютом и умиротворением.
- Как себя чувствуете, учитель?
Ты переместила свой центр тяжести, потому что ноги снова затекли от неудобного сидения в позе лотоса. Мастер застыл глядя на свое отражение в чашке.
— Болят ноги?
— Болят, — ответила ты, указывая на больные места.
Наставник ласково на тебя посмотрел. Ты прикрыла глаза, а когда распахнула веки, монах сидел уже рядом. Его металлическая ладонь медленно опустилась на твое плечо. Твои щеки покрыл легкий румянец, волнение чуть заметно запульсировало в шее.
- Учитель, я давно хотела сказать Вам… Что я…
Монах не отрывал от твоего лица свои пустые глаза. Его рука с огромной нежностью скользнула от плеча, по твоей спине и вмиг исчезла.
- Сделай глубокий вдох… и подумай…
Сразу после этих слов он удалился из комнаты.

Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1114-132.html
НЯМ-НЯМ tolxy.com
Играй прямо в браузере!
Тест: Мне страшно, что... Вирус... Kitagawa Momo 10:00:38
­Тест: Мне страшно, что...
Вирус.


Вирус

Любить – это не для меня. Любить – для слабаков, таких как Генос. Я лишь пользуюсь её телом, предоставленным мне взамен за обещание не убивать других. Так сказать выгода 100/50 – в мою пользу. Глупая девчонка таскалась за мной недели так две и умаляла, чтобы я не убивал, чтобы встал на путь истинный, понял, что жизнь других это не игрушки и прочую несусветную гадость. На кой черт это ей надо – остается для меня загадкой?! Её болтовня утомляла с каждым разом все больше и больше и тогда я смекнул предложить ей условие : она мне тело, я не проливаю кровь. Это была наглая и мошлая шутка, но та дуреха согласилась, чем не мало удивила. Страх отсутствует что ли? Но грех не воспользоваться таким шикарным телом…В первую же ночь на ее коже появились: царапины, укусы, кровоподтеки, синяки, а шея вся была в засосах. Да, я люблю грубо, жестоко и долго. Мне нравятся ее крики, стоны, шипение и шепот не останавливаться. Последние радовало и заводило одновременно. Остановившись только под утро, я оглядел масштаб проделанной работы: растрепанные волосы, тяжелое дыхание, застывшая кровь на плечах от укусов, мутный взгляд, такой, что казалось, она не соображает где и с кем она. Усмехнувшись, я пошел в душ, а когда вернулся, то она уже крепко спала. Эта ночь вполне удовлетворила меня – убивать не буду, разве что только ее, и то в постели морально.
Такие своеобразные отношения длились уже месяц. Она приходила ко мне под вечер и уходила с утра. Все ссадины заживали достаточно быстро, так что я считал своим долгом освежать их. Все было как обычно, только правда до сегодняшнего дня. Она тихо зашла в комнату, скинула платье, села ко мне на колени и обняла. Такой порыв нежности заставил оскалиться. Что с ней не так?! Повалив на кровать юное тело, я только хотел укусить ее за ключицу, как заметил, что там вся кожа сине-фиолетового цвета. И шея, и живот, и руки, и бедра были в ушибах. Собственно портить на ней было не чего, да и с такой кожей она была менее привлекательна. Отстранившись и поймав ее недоумевающий взгляд, я, отвернув лицо, решил, что сегодня ничего не будет. Только собрался уходить, как вдруг, она схватила меня за руку. Крепко так. Очевидно, она переживала за уговор: нет тела, есть труп. Ее любовь к другим бесила и раздражала. Этакая жертва для народа! Что они сделали такого, что бы заслужить такую как она? Сомневаюсь, что этой бедной глупышке нравится то, что я с ней делаю. Ради кого она так старается? Неужели она ставит других выше себе, даже не наравне?! Жалко ее. И вот, на ее глазах появляются слезы. Хах, она не ревела даже тогда, когда я грубо входил, лишь кусала нижнею губу и терпела. А тут из-за людишек…Только не реви из-за пустяка. Так и быть, сегодня убивать не буду, даже без уговора. Пожалует, я дам ей время на восстановление, а то сломаю такую дорогую игрушку, да еще так быстро. Нет, так не пойдет. – Когда твое тело восстановится - приходи. А пока я не убиваю авансом. Потом отработаешь.
­­


Не обязательно,но очень приятно, когда оставляют комментарии - http://leda4ka.beon­.ru/0-201-testy-z.zh­tml
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1114-336.html
Тест: Жизнь первого поколения /Тест-реакция/ ... Деймон Спейд Девушка... Kitagawa Momo 09:36:28
­Тест: Жизнь первого поколения /Тест-реакция/
...


Деймон Спейд

Девушка из публичного дома.


Твоя жизнь не была самой лучшей, которую можно было бы представить. Все начиналось с благих целей, с целей помочь семье, которая о тебе забыла, но пути назад не было. Не было у тебя денег, чтобы выкупить себя из публичного дома. Не было дома. Не было ничего. Приходилось лишь молчать, кусать губы и с синяками на лице улыбаться, пусть даже по ссадинам идут слезы. Так ты жила, пока не встретила интересного гостя. Обычно все заходили в твою комнату под шафе, с красными щеками, а он... был мрачным, бледным, со стеклянными глазами. Но при этом был высоким, статным и в дорогом мундире - он был очень красивым. Сначала тебе со страхом в сердце почудилось, что он будет тебя бить. Но вместо этого он лег на кровать и попросил, чтобы его обняли, что ты сразу и сделала: прижала к своей груди мужчины и услышала тихие всхлипы, пока его рука крепко сжимала твою талию. Потом вы начали говорить, тихо, с долгими паузами. Но ты влюбилась в него и прыгала на него каждый раз, когда он приходил. Ты начинала распускаться: улыбаться искренне, смеяться, робеть, краснеть, хлопать в ладоши - лишь при нем. Через неделю тебя Деймон выкупил за большие деньги. Вы долго жили в свободных отношениях, но ты продолжала цвести и любить да танцевать, смеяться - это был всплеск всей спрятанной нежности. Потом обвенчались, долгожданно для вас обоих, но для Деймона, после всех его ошибок, это была новая история его жизни. Новая возможность стать счастливым.


У вас было фотографий много. Очень много. Все по твоей инициативе. Полюбила ты фотографироваться, особенно когда вы в саду, на пикнике, на корабле - где угодно. Все хотелось тебе алчно запечатлеть. Но после венчания Деймон вел дневник, в котором была особенная запись, немного неряшливая, с вечно перечеркнутыми фразами:
" (Твое имя) очень сильно заболела после родов, она похожа на зимний снег и всегда в холодном поту. А вдруг она... Ее голосок стал хриплым, а личико стало настолько худым, что ее щечки стали впалыми. Если она совсем перестанет есть я... Я сидел с ней весь день, она очень громко дышала через рот, но никогда не жаловалась на боль. Я ей так восхищаюсь. Я ей часто создаю иллюзии, будто она у моря или в саду из роз. И даже при этом я немного чувствую себя бесполезным перед ней. Мое желание терять ее эгоистично, ведь это лишь мое требования оставаться в зоне комфорта. Но не должна же наша дочь терять свою мать! "
Но это была не последняя запись.
Следующая запись датировалась через 4 месяца:
"Я выиграл (Твое имя) в споре. Ну-фу-фу, а как же. Я всегда выигрываю! Фиби все-таки сказала "папа", а не "мама". Теперь я буду сладко и долго наслаждаться ее поражением во всех смыслах, ну-фу-фу!"

­­




Вонгола Примо:


Джотто ди Вонгола: Это наша первая и последняя встреча, милая леди. / С привычной мягкой улыбкой на устах произнес, но насторожено смотрел за плечо девушки на Спейда./ Я желаю вам удачи и счастливой жизни. И я чувствую, / трепетно поцеловал тыльную сторону женской ладошки/ вы сможете сделать моего друга счастливым. / И да, это была ваша первая и последняя встреча. Она произошла в порту, куда хранители все собрались проводить своего любимого босса и хорошего друга. Ты сразу забыла этого мужчину, окунувшись в другие дела, но если бы жизнь сложилась по иному и Джотто бы остался в Италии, он бы влюбился в тебя и всеми силами попытался приблизиться к тебе, чтобы стать любовником. Это были бы очень дикие и большие чувства./

Джи Арчери: Я иногда поражаюсь тобой: такая умная, но выбрала такого противного человека. Господи помилуй, я никогда не поверю в это! Не может он быть хорошим! / У вас весьма разнообразные отношения. Когда разговор не заходит о Деймоне, о твоей личной жизни, вы - прекрасные собеседники. Болтаете обо всем на этом свете. Ты способна говорить обо всем. Но! Когда Джи начинает спрашивать про Деймона, про ваши отношения, он начинает упорно тебе доказать, что Спейд - плохой человек, обманщик и предатель. Все заканчивается у вас более менее мирно, но потом у тебя на короткое время пропадает желание с ним общаться. Ты не видишь смысла тратить свою жизнь на обиды./

Асари Угетсу: Все-таки я рад, что ты смогла пойти в церковь и рассказать все отцу Наклу о своем прошлом. Теперь ничего не будет тебя тревожить? /Нежно улыбнулся в привычной улыбке/ Если тебя ничего не беспокоит, то я только этому рад. / Асари испытывает к тебе очень глубокие и нежные чувства с вашей первой непринужденной встречи в порту. Тебе так было интересно наблюдать за молодым японцем, что ты его часто о чем-то расспрашивала: откуда он, какая природа на его родине, что там едят, что там любят, верят ли они в Бога. Такая детская наивность с твоей стороны, что тронуло сердце хранителя дождя. И только он и Накл знают о твоем нелегком прошлом. И ты ожидала в глубине души, что тебя могут отвергнуть, назвать грязной и опороченной, но от мужчины ты лишь услышала: "Пока ты чиста душой, пока есть люди, которые хотят тебя защитить - ничто в этом мире не способно опорочить тебя. Ты ведь позволишь мне защищать тебя?". Эх, был бы Асари раньше, он бы точно был на месте Деймона. И пусть Асари очень нежно и трепетно любит тебя, он никогда не говорил о своих чувствах. И никогда не скажет. Пусть он будет рядом как лучший друг, чем вдали отвергнутым любимой. /

Алауди Нувола: Мне не о чем с тобой разговаривать, загрызу до смерти. / И этим все и сказано. Алауди во всем радикален, а так как он питает самые негативные и враждебные чувства к Деймону, следовательно все это отражается на тебе. И все равно ему на тебя. Жена его вечного врага - его враг. Это ему глаза на всю тебя закрывает. Да и сам Деймон запрещает тебе с ним общаться, но по воле случая, редко, но вы встречаетесь с Нуволой время от времени.

Деймон Спэйд: Вот смотри, милая моя, если ты пойдешь лошадью вместо королевы, то съешь моего ферзя вместо той пешки, следовательно я тебя не смогу съесть. Хотя на деле я уже не раз тебя ел. / Подмигнул./ Ну что ты, я любой момент найду, лишь бы смутить тебя~. Что значит, всю жизнь будем играть в одни шашки? Да они мне уже тут! / Указательным пальцем указал на своего горло./ И не пользуйся, дорогая, что я тебе отказать ни в чем не могу. Вот кто тебя научил такому шантажу? Вот теперь я точно недоволен собою! / Вы всегда найдете себе чем заняться: будете играть в настольные игры, музицировать дни напролет, рисовать вместе натюрморты, что конечно не обходилось без ваших измазанных в масле лиц, читать вместе книги и стихи, разыгрывать в шутку пьесы, устраивая себе самый настоящий "домашний театр", а вместо декораций были иллюзии хранителя Тумана. Спейд помог в тебе раскрыть огромное количество талантов, вечно помогая тебе, говоря слова похвалы, что помогло тебе положительно появиться в свете, но самое главное, уважать и любить себя. И потом в ваши развлечения присоединится ваша дочь, которая, вне всяких сомнений, будет гордиться своей мамочкой. Но Деймон не всегда разделял твою набожность, пусть и сулят мужчины, что каждая женщина должна любить Бога с долей фанатизма. Спейд это не всегда одобрял, но не имел право тебя критиковать. Просто не нравилось ему, что ты еще начала с Наклом время проводить. Вредный Спейд, вредный./

Лампо: Давай, ложись рядом, куколка. Нет, тут не настолько грязно. / Лениво смахнул / Лежит на полу, скрестив ноги, правой рукой сделал легкий взмах по полу./ Ах, ну вот. Опять ушла. / Ты на свое миловидное личико понравилась хранителю грозы. Но не настолько, чтобы Лампо по ночам просыпался в холодном поту, тосковал по тебе и скучающим взглядом смотрел на луну. Нет, нет. Это лишь влечение. Да и смутить он вечно пытается тебя, но он слишком ленив, чтобы, так сказать, прикоснуться до твоего тела или прошептать какую-нибудь пошлость на ушко. Ему лень./

Накл: Я вижу, ты снова пришла на мою проповедь. Я этому экстримально рад. И у меня для тебя подарок. / Приподнес карманную евангелие. / Чтобы ты могла читать ее, когда захочется. / Вы друзья по вере. Как говорилось раньше, ты всегда была набожна. Религия была твоей отрадой многое время, она тебе и помогла не терять твое жизнелюбие. Но все равно ты не могла посещать церковь из-за своего страха. Когда ты поделилась с Асари о своем страхе остаться грязной и падшей перед Богом, он отвел тебя к Наклу. Сначала тебе было очень страшно говорить с ним, ты боялась, что тебя упрекнут в твоем прошлом распутстве. Но все оказалось более благополучно. Ты перестала вспоминать прошлое, перестала бояться прошлого. И нашла себе еще одного хорошего друга, к которому ты приходишь каждое воскресенье. с:/



Елена: / Вы никогда не виделись, но слышала тайком иногда от хранителей о нее. Ты посчитала ее хорошей девушкой, пожалев ее, но с одной стороны если не она, то ты бы никогда бы не встретилась с Деймоном. У тебя ее кончина вызывает противоречивые чувства./


Каваллоне Примо:


Оливьеро Каваллоне: / Вы никогда не встречались, а даже если встретились бы, то вас бы не подпустил ваш ревнивый муженек - это раз. А еще Алауди прибьет Оливьеро, если узнает, что он ластится к жене своего заклятого врага. Заклюет./



Шимон Примо:



Козарт Шимон:
/ И вы с ним тоже, к сожалению, не встретились. Уже к времени твоего появлению в круге хранителей, семья Шимон и Козарт ушли в подполье./











Так, читатель, не напишешь свое мнение о моем творении? с:
Я для вас стараюсь, чем больше вы пишите, тем больше у меня желания писать больше !!
Не пожалеешь мне минутку?? ­­

http://staskaras.be­on.ru/0-17-testy-tes­ty.zhtml­­

Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1114-385.html
пятница, 17 августа 2018 г.
k e i. 21:56:09
Запись только для зарегистрированных пользователей.
k e i. 21:08:56
Запись только для зарегистрированных пользователей.
четверг, 16 августа 2018 г.
Тест: Решительность [сборник] Лаббок Источник был горячим. От прудика... Kitagawa Momo 00:03:45
­Тест: Решительность [сборник]
Лаббок


Источник был горячим. От прудика поднимался пар, образуя нескончаемый танец туманных завитков, придающих всему, что было рядом, очертания нереальности. Воздух насыщало множество дурманящих запахов, преимущественно растений и минералов. Под ногами стелился ковёр из пышной молодой травы. То тут, то там виднелись пёстрые пучки цветов, обманутых близким теплом. Вокруг возвышалась стена из скалистых образований. Она же препятствовала холодным ветрам из вне и сохраняла завесу туманных теней от сильных колебаний, но даже подобное препятствие не помешало главному наблюдателю вашей команды проникнуть в занятую территорию. Стайка маленьких птичек упорхнула ввысь, намекая о том, что здесь таится незваный гость. Первое время не обращаешь внимание на взбунтовавшуюся интуицию, по-прежнему удобно сидя на гладком камне под водной гладью, а затем слышишь резкий треск упавшей под чужим весом ветки, меланхолично наблюдая за чертыхающимся Лаббоком, который потирал ушибленный крестец, усиленно делая вид, что он не намеренно пришёл на горячие источники.

- И не надоело тебе десять минут наблюдать за моими монотонными посиделками? - скрещивая руки на груди так, чтобы скрыть даже ложбинку, саркастично интересуешься ты, смотря на ненаглядного, который даже в отношениях продолжал портить всё своими извращёнными замашками, как на нашкодившего ребёнка.

- Ээ...? - зеленовласый удивлённо оборачивается, встречаясь с твоим проницательным взглядом, который читал его, как открытую книгу, и обречённо вздохнул, понуро повесив руки до коленей в ссутулившейся спине. - Блин, (Твоё имя), как ты узнала, что я сижу тут? Я же вёл себя тихо, как настоящий ниндзя. А ты всё равно разгадала меня! Про падение с ветки я молчу, потому что тут и так всё ясно, - несколько обиженно бурчал он, будто ты ругала его за невинный проступок, который должен был вознаградиться прощением.

- Потому что я знаю все твои хобби, а у тебя оно только одно, - пожимая плечами, беззаботно отвечаешь ты.

- Я могу всегда избавиться от него, если ты сама позовёшь меня на источники, - многозначительно ухмыльнулся он, решив пойти напрямую, но ты жестоко отбила его проработанную, как казалось самому парню, атаку.

- Меня и так всё устраивает.

- Так нечестно, (Твоё имя)! - вспылил Лаббок, ухватившись за голову. - Почему у нас с тобой не всё так романтично и сентиментально до тошноты, как у Майн и Тацуми? Я тоже хочу, чтобы у нас всё было, как у них!

- Они не сидят вместе голые на источниках, - хмуро парировала ты, решив не церемониться с его детскими капризами.

Лаббок, которому, в общем-то, и не было больше чем-то обороняться, тоже нахмурился и скрестил руки на груди, по-лягушачьи надувая губы и щёки.

- Да, но... - зеленоглазый осекается, не зная, как начать серьёзный разговор и не превратить его в комичный фарс. - Я из-за тебя даже забыл о своём гареме! - всё, что он так репетировал внутри себя, снова превратилось в забавные обвинения. - А девчонки наверняка уже скучает по тому, как я за ними усердно наблюдал! А ты... Мы уже давно встречаемся, но ты всё ещё отстраняешься от меня, - последнюю фразу он произнёс глухо, с румянцем на щеках, будто стыдясь за то, что спустя достаточно долгие месяцы ненавязчиво требует от тебя естественного продвижения в любви.

Ты, как и он, тоже замолкаешь, окуная природу в долгожданное затишье; птицы возвращаются на стволы деревьев и по-старому воркуют между собой, прислоняясь клювами к друг другу в романтичном поцелуе. Запрокидываешь голову, смотря на них с какой-то глубокой задумчивостью, понимая, что всё-таки не можешь пока решиться на большее, хоть и прекрасно понимаешь Лаббока в его просьбах. Вода вокруг тебя казалась пучиной твоей нерешительности. Ты знала, как может быть прекрасен мир без страхов и сомнений и мечтала погрузиться в него, но внутренняя недотрога продолжала играть свою роль, вынуждая скромно стоять в стороне.

- Давай поговорим об этом в другой раз? - уклончиво просишь ты, ощущая в собственном голосе виноватые нотки, и желаешь, чтобы их услышал и Лаббок, ведь ты действительно раскаивалась за то, что не могла пересилить себя.

Зеленовласый скосил взгляд на деревья, почёсывая указательным пальцем щёку, будто бы обдумывая твои слова. Досада в очередной раз поедает его нутро, но он старается оставаться оптимистичным и находить плюсы в любой ситуации.

- Может, тогда встанешь и поцелуешь меня хотя бы перед прощанием? - предлагает он, состраивая невинную гримасу и демонстративно выпячивая губы трубочкой, при этом не захлопывая веки и пристально следя за твоими движениями.

- Попытка увидеть меня голой потерпела поражение, - поддавшись игривому настрою, победно ухмыляешься ты, разгадав его нехитрый манёвр, и наигранно осуждающе покачиваешь головой.

- Вот чёрт! - слышашиь ты уже напоследок чертыхания своего молодого человека, который от безысходности начал пинать встречающиеся по пути камни и почёсывая ещё ноющую спину.

Не сдерживаясь, издаёшь добродушный смешок, красноречиво комментируя поведение своего возлюбленного. Пытаешься расслабиться, облокачиваясь о оградку, но на душе всё равно кружится какое-то тягостное напряжение. Потеряв всякий настрой принимать приятно покалывающую наитеплейшей водой ванную, вытираешь мокрое тело полотенцем и уходишь с упавшим настроением обратно в Рейд. Узнаешь с уст Леоне, что Лаббок отправился на миссию, на что вымученно вздыхаешь - не хватало ещё беспокойств о нём. Уныло опускаешься на скамью, кладёшь локти на колени и ставишь ладони на щёки, используя их как опору для головы. Мрачно наблюдаешь исподлобья за Майн, которая обвила стан Тацуми своими руками, и попутно думаешь о том, как настроить себя на разговор с ней. Побороть своё либид, в котором преобладала скромность девственницы, оказалось не так просто. Часть тебя мысленно визжала от восторга когда-нибудь слиться воедино с ним, а другая оробело цеплялась за свою мнительность и неуверенность. Мысли об этом дико волновали, приводя в ступор, и требовали совета со стороны опытных в этом деле людей. Только ты хотела сделать шаг, как тебя буквально пригвоздили к месту, вероломно оседлав твои колени довольно широкими бёдрами. Ты опешила, увидев перед собой лицо Леоне, которая полупьяно улыбалась и лезла к тебе обниматься.

- Отойди, сестрица, - тактично попросила ты свою подругу, пытаюясь спихнуть её с себя, но та оказалась напористей: просто напросто прижалась пышной грудью к твоему лику, не позволив тебе не то что сказать слово, но и нормально вздохнуть. - Л-Лео...нх... - невнятно мычишь ты, пока она придавливает тебя к своему телу, а потом резко отталкиваешь от себя девушку в порыве отчаяния и нетерпения; мысли об отношениях с Лаббоком заставляли тебя действовать безрассудно и вспыльчиво. - Сестра, встань с меня. Я хочу спросить у Майн, как она дошла до близких отношений с Тацуми. А то я не могу найти в себе решительность подарить свою невинность Лаббоку.

Лицо блондинки, у которой всё время с хмельного расслабления бегали в разные стороны глаза, приобрело нарочитую серьёзность. Она упёрла руки в боки и начала активно мотать головой, разбрасывая повсюду свои и без того растрёпанные солнечные волосы; от некоторых прядей тебе пришлось увернуться, как от нападок врага.

- А ты камикадзе, (Твоё имя)! - одобрительно воскликнула она, мощно хлопнув тебя по плечу так, что у тебя на секунду потемнело в глазах после встряски. - Майн же поста...вит тебе шишку на голове, если ты спросишь у неё о, ик, таких интимных вещах. Спроси лучше об этом, ик, сестрицу Леоне!

- Хорошо, - без колебаний согласилась ты, ведь, вопреки тому, что блондинка была в пьяном бреду, она говорила действительно разумные вещи; импульсивная Майн не стала бы разбрасываться фактами из своей личной жизни и как минимум дала бы тебе оплеуху, а если бы тебя ждал худший вариант - она бы наставила на тебя дуло пистолета, бросаясь нецензурной бранью, от которой бы у тебя завяли уши. - Я стесняюсь отдаться Лаббоку. Как мне это побороть?

- Да никак, ик! - весело ответила Леоне. - Я бы этому извращенцу на твоём месте вообще руки бы сломала, ик... - ты картинно закатила глаза, поняв, что от девушки не удастся добиться вразумительного ответа. Когда она встала с твоих ног, ты уже хотела пойти в свою комнату, как она заговорила достаточно ровным голосом, с ноткой какой-то сумрачной грусти: - Знаешь, я ведь тоже боялась отдавать свою девственность, была не готова... Просто я однажды узнала, что этот парень отправляется на сложную миссию, после которой он, возможно, никогда не вернётся. И я решилась. Просто потому, что я хотела познать именно с ним все прелести любви. Я боялась упустить свой, возможно, последний шанс провести с ним лучшую ночь в своей жизни. Да и знаешь... в нашем Райде ведь тоже не всё так спокойно, как кажется. Каждая миссия может закончиться фатально, поэтому надо ценить каждый день, как последний. Вот и ты постарайся получить от жизни всё, (Твоё имя), не поддавайся страхам и колебаниям.

На минуту, пока Леоне приглушённо рассказывала свою историю, тебе показалось, что весь алкоголь в её крови улетучился. Потому что её глаза смотрели ясно на тебя, с каким-то ободряющим, таинственным блеском, а губы снисходительно и одновременно со светлой печалью улыбались, проникая в самую душу. Под потоком её речи ты начала осознавать глупость прежних убеждений, которые упали на тебя давящим грузом. Блондинка как-то по-матерински потрепала тебя за правое плечи и, закинув руки за голову, направилась в гущу всеобщего праздника, намереваясь смыть с себя спиртным напитком толику уныния. Вопреки звенела оглушающая тишина, нагоняющая на живые чувства ледяную стужу. "Возможно, завтра он не вернётся, а я так и не подарю ему то, что он желает..." - повторялось у тебя в голове и ты мысленно стенала, ощущая, как самый худший кошмар обретает физическую форму, неся за собой шлейф чужой крови. Корни решимости, оплетая резвыми побегами душу, окончательно проросли в тебе, сгоняя балласт тяжёлых, как булыжник, переживаний.

- Ребята, когда Лаббок вернётся с миссии, скажите ему, что я жду его на озере, - перекрикивая музыку, передала ты своим друзьям, на что трезвые из них послушно кивнули, а ты, подгоняемая адреналином и небывалой решимостью, неслась к назначенному месту так, будто за тобой гналась стая чертей.

...Ты не замёрзла, но кончики пальцев от волнения - копья сосулек. Нанижут подобно шпажкам для бутербродов тёплую плоть. Лаббок вернулся как раз под вечер и выжидающе смотрел на тебя, пока ты, растревоженная травмирующими переживаниями о будущей совместной ночи, наблюдала за незамысловатым танцем стрекоз над зеркальной гладью воды, которые разводили крохотные круги в отражении жидкой луны, искажая её идеальные очертания.

- Ну и зачем ты позвала меня сюда, (Твоё имя)? Опять будешь ругать и бить за то, что я подглядываю за тобой? - иронично поинтересовался зеленоволосый; его челюсти свело скучающим зевком, а веки полуопустились, обнажая известный исход, который достаточно в своё время потрепал ему нервы.

Ты обернулась, смотря на него и радуясь тому, что сейчас он жив. Ты дышала им, отравляя себя непозволительной нежностью к другому человеку. Принадлежала ему каждым своим помыслом, каждым сном, каждым всплеском замешанного на боли тепла в душе. Ты испытывала чувство созвучное пробуждению, озарению, осознанию, что никто не займёт его место в сердце, никто не заставит его неистово и свирепо стучать, никто не сотрёт твою потребность любить. Хотелось поблагодарить этот мир за то, что он дал вам ещё один шанс провести вместе день, в этот раз поддавшись новым открытиям. Ты захваченно моргнула, уловив на себе любопытный взгляд юноши, и отвела на миг взор, силясь вернуть мыслям уверенный настрой. Сглотнув несколько комков, ты остервенело сжала кулаки и сказала самой себе, что сможешь сделать это. Открыла глаза ты уже другим человеком: спокойным, сдержанным, готовым принять ответственное решение, как истинный лидер, управляющий этой ситуацией.

- Раздевайся и залезай в воду! - прокашлявшись в кулак, властно скомандовала ты, на что Лаббок обескураженно захлопал ресницами.

- Мы поменялись ролями и ты, желая отомстить мне, хочешь подглядывать за мной, (Твоё имя)? - нервно отшутился молодой человек, взъерошив волосы цвета молодой листвы, но ты не стала терпеть его шутки; один раз поддашься - весь настрой убьёшь на весь день.

- Давай быстрее! - тоном строгого надзирателя приказала ты, неумело строя из себя разгневанного в пустом ожидании человека, но на доверчивого Лаббока этот трюк хорошо повлиял.

Отойдя от ступора, как истукан, он, не смея гневать твою персону ещё больше, с изумлением начал торопливо скидывать с себя вещи, попутно путаясь в штанах. Дело дошло до того, что, пока он пытался вытряхнуть штанину с правой ноги, как прилипшего к пятке таракана, парень поскользнулся на скользком камне, омытым водой, и плюхнулся прямо на пятую точку, издав страдальческий стон. Доселе повёрнутая к нему спиной, чтобы не смущать себя раньше времени, ты повернулась, скосив на него взгляд, и неслышно хихикнула. Лаббоку хватило одного твоего прямого взора на себя, чтобы испугаться и с двойной скоростью наконец-то избавиться от мешающейся вещи. Он вёл себя так, будто перед ним предстал сам дьявол, собирающийся варить его в котле, и юноша смиренно ждал свою участь. Не пробуя на вкус твой резко изменившийся темперамент, который поверг его в голый шок, зеленовласый быстро залез по талию в воду, продрогнув всеми костями от холода влаги. Он начал лихорадочно обтирать себя ещё тёплыми руками, поглядывая боковым затравленным зрением на тебя, словно ожидая казни. Но, вопреки плачевному состоянию бедного парня, твои фантазии, одна порочней другой, потекли горячим потоком по венам. Ты явсвтенно представила себе, как твои пальцы обводят контуры его натренированного тела. Свои красноречивые терзания ты случайно выпустила наружу, поалев хуже пожарного гидранта, что заметил в конец недоумённый Лаббок. Ты пришла поиздеваться над ним, чтобы удовлетворить какую-то свою развязную прихоть? Поняв свою ошибку, ты снова поднесла ладонь к дрожащим губам, выдающим твой истинный девичий стыд, и ещё раз строго сказала:

- Отвернись на минутку.

С опаской закрыв глаза, Лаббок терпеливо ждал твоего разрешения распахнуть изумрудные очи. Пока ты разбиралась с бретелькой платья, он ощутил прилив приятного волнения, слыша характерный шорох белья позади себя. Не удержав своё взбудораженное вожделение, он всё-таки слабо приоткрывает один глаз и медленно поворачивает голову, как неповоротливый робот, надеясь хоть что-нибудь узреть. Разгадав его замысел, направляешь на него укоризненный взгляд, на что парень резко выпрямляется солдатом, встревоженным неожиданным появлением командира, и покорно смотрит на горы перед собой, всё чаще дыша. Ты неспешно плыла к нему, укутавшись в одно махровое полотенце, напрасно пытаясь угомонить вскипающее волнение. Вода шёлковой нежностью обтекала кожу, даруя обманчивую невесомость, несмотря на свою прохладу, к которой ты быстро привыкла - кажется, она даже немного утихомирила недобрый огонь внутри. Твоё волнение резко усилилось, когда ты оказалась рядом с неподвижным юношей, и голос предательски сел.

- Я здесь, - тихо объявила ты, сократив между вами расстояние до полуметра.

Лаббок неспешно повернулся, утихомиренный твоим мягким, обволакивающим тоном. Он неотрывно уставился в твои глаза, которые показались ему при свете луны и твоём появляющемся азарте очами сирены, которая влекла к желанной гибели. В твоём проникновенном взгляде читала страсть, щедро разбавленная осторожностью, проявляемая, дабы не отпугнуть жертву. Но Лаббок всё равно был бы легко обманут, даже если бы ты не пыталась скрыть на время появившегося в тебе плотоядного существа.

- Эээ, ну и что ты задумала? - зеленовласый необъяснимо волновался и не знал, куда деть взгляд; он мог спокойно смотреть на обнажённых девушек, которые не являлись для него близкими подругами, а на свою девушку в уже одном полотенце ему было даже стыдно мимолётно взглянуть.

Ты на несколько секунд утонула в обезоруживающих глазах возлюбленного, перебирая в сознании очевидное продолжение этого вечера. На подсознательном уровне тебя обуревала жажда по его ласке. Стремление отдать ему всю себя ныне туманила твой мозг так, что ты готова была пересилить своё болезненное смущение. Волоча ногами по дну и скидывая острые камни, ты нащупала гладкий и встала на него, чуть возвысившись над парнем. Пытаешься выровнять дыхание, но всё без толку. Просто плюёшь на всё и без лишних раздумий распахиваешь полотенце, небрежно откидывая его в ближние волны, приветливо принявших человеческий дар. Челюсть Лаббока падает чуть ли не в самую глубину воды, а ты, преодолевая рвение прикрыть оголённую грудь, пытаешься научиться заново дышать и подавить в себе обжигающие вспышки.

- (Т-Твоё имя)... - обалдело проговаривает одними губами юноша, не справляясь со своими реакциями. Он пытается для приличия отвести взгляд, уговаривая себя на том, что ты случайно выкинула часть своего гардероба, но взор упрямо возвращался обратно, жадно запоминая каждую безупречную деталь на твоём теле. Ладони, вопреки холоду, вспотели, задрожали и зачесались - он находил утешение в том, чтобы прикоснуться к заветной груди, но всё ещё пытался держать нетерпение плоти в узде. Он не мог поверить в своё счастье и везде искал подвох. - Почему ты решилась на это? Что с тобой произошло? Это вообще ты? - задавал он бесконечные вопросы, не находя тебе оправданий. - То, о чём я говорил, это было... серьёзно, но не совсем! Я не хотел тебя к чему-то принуждать и...

- Молчи, - неожиданно громко прерываешь ты его нотации. - Ведёшь себя как девчонка, когда смотришь в зрачок опасностям, но сам при этом спокойно подсматриваешь за девушками, пока они не видят. Будь мужиком и смотри теперь не втихоря, как серая мышь.

- Ч-ч-что?! - Лаббок, морально раздавленный твоими изменениями, и вовсе сходил с ума от удивления. - Меня ещё никто не обвинял в этом! (Твоё имя), ты точно...

Поддаёшься порыву и захватываешь его лицо ладонями, затыкая болтливый рот губами. "А если завтра для нас не наступит никогда?" - таков был твой ответ на каждый его предыдущий вопрос, но ты ни за что бы не стала озвучивать его - слишком больно думать об этом. Этой ночью хочется насладлиться тем, что предлагает вам щедрая жизнь, но никак не думать о плохом. Объятья становились туже, жарче, смелее. Несмотря на стеснение, вела в этом "танце" ты, пока растерянный Лаббок пытался совладать с собой. Ваши обнажённые тела жались к друг другу, порождая сокровенные вибрации внутри. Ничего он так сильно не жаждал, как твоих касаний и храбрых объятий. Лаббок начинает верить в эту сказку и уверенно обвивает твой стан руками, исследуя мокрыми ладонями спину, проводя подушечками пальцев по позвоночнику, притягивая ближе к себе надавливанием на затылок. Он так углубляется в поцелуй, что зубы начинают стучать о друг друга, но подобная симфония не останавливает вас от соития. Он будто хочет ощутить на самом высшем уровне, что происходящее - реальность, и готов для этого принять самые серьёзные меры, даже если они обойдутся синяками или чьей-то неловкостью. Лаббок будто тоже где-то в глубине души понимает, что больше возможности не найдётся, и впивается пальцами в твои ягодицы, прижимая к ближнему камню, прижимаясь источником возбуждения к чужому. Поцелуи обрушивались с такой силой, что казалось, будто вы хотите выпить душу друг друга и одновременно заполнить пустоту внутри. Лаббок с удивлением поймал себя на том, что готов разрыдаться, хотя толком не понимал причину своей трагедии, ведь сегодня всё было более чем хорошо. Но могли ли вы надеяться на счастливое завтра?

Ответ затерялся в ваших шумных перемешавшихся вздохах, в искрах исступления, в невинных и порочных движениях двух сгорающих в огне необходимости слияния существ. В телах, что двигались в простом извечном ритме страсти. В электрических разрядах, которые рождались и рассыпались ослепительными искрами внутри.


­­

http://phasetoleon.­beon.ru/0-1-moi-test­y.zhtml#e447 - своё мнение о тесте вы можете оставить здесь.
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1122-312.html
среда, 15 августа 2018 г.
Тест: Профессия, которая ей не подходит [Bungou Stray Dogs] Тэттё... Kitagawa Momo 23:34:44
­Тест: Профессия, которая ей не подходит [Bungou Stray Dogs]
Тэттё Суэхиро


Тэттё ощутил лёгкие шлепки по щекам, - как ни странно, но удары были чересчур мягкие, будто кто-то несильно, в играючей манере бил его подушкой, хотя обычно Дзёно, который оставался с ним по приказу командира во время его реабелитации после битв ударял его нещадно и самозабвенно, - и резко втянул в себя воздух. Грудь после взрыва всё ещё жгло, но боли уже не было - он привык, поэтому впитывал всё в себя, как новая губка. Кровь не шумела в ушах и дыхание стало проще. Кажется, даже конечности вновь возвращали себе былую подвижность и наливались силой.
- Наконец-то Вы нашли в себе совесть проснуться, Тэттё-сан, а то я уже хотел было избавиться от такого мусора - лишний груз, который только и может что валяться без дела, не нужен "Ищейкам", - мрачно проговорил над ним смутный, возвысившийся образ недовольного Сайгику, который бы с радостью обратил свои угрозы в реальность.
- Не давите на него, - попыталась ты хмуро приструнить молодого человека, неспешно затягивая бинты на теле раненного. - Ему нужен покой после такой мощной встряски.
- Вы слишком добры к этому недоразумению, - испустил наигранный горестный вздох Дзёно, а после, иронично вскинув бровь, добавил: - Или же в Вашем вкусе подобные образцы позора?
Сведя вместе брови и бесшумно поскрипев зубами, ты пропустила мимо ушей замечание данного человека, который не понравился тебе буквально с первой секунды, однако румянец на щеках, плавно стекающий на шею и удачно спрятавшийся за белый воротник медицинского халата, тебе не удалось сдержать. Усиленно делая вид, что тебя не интересует наглый субъект за твоей спиной, ты, сдувая падающую на глаза чёлку, продолжала накладывать пластыри на мускулистое, натренированное тело мечника, испещрённое затягивающимися порезами, после которых оставался только ровный, розовый стежок. Открытые, кровоточащие раны ты закрывала белоснежными бинтами, как можно туже стягивая их, чтобы выжать остатки багровой жидкости, окропляющей ткань. Кровотечение прекратилось довольно быстро, что дало тебе повод выпустить облегчённый выдох, гордясь своими трудами. Но рассеянно бегающий взгляд молодого человека, который видел всё размыто, словно в вакууме с водой, не мог оставить тебя равнодушной - ты внимательно следила за каждым его дыханием, ловя себя на мысли, что сейчас тебя преследуют далеко не размышления о работе.
Угольные волосы мечника, которые были неряшливо разбросаны по всей подушке, образуя причудливую корону, невольно пробуждали в тебе странное желание прикоснуться к ним, пригладить, вдохнуть их аромат. Хотя, кажется, вся его плоть пропахла гарью после столкновения с Агентством, но тебя ничуть не смущал затхлый душок в отличие от Сайгику, который демонстративно морщил аристократично прямой нос. Три крупные родинки под левым глазом придавали ему особый шарм, их контуры тебе хотелось бережно обвести указательным пальцем, убедиться в том, что это чудо природы не детские рисунки, а настоящее творение искусства. Ты тряхнула головой, сгоняя с себя балласт ненужных мыслей на работе, в особенности в присутсвии таких личностей, как "Ищейки", которые не любили ждать. Дзёно, как тебе показалось, был готов силком отодрать напарника с постели и грубо выставить за дверь, но ты твёрдо знала одно: ты не позволишь ему подобную вольность и вцепишься руками и ногами в мечника, лишь бы он только прошёл адоптацию. Влюблённость ли с первого взгляда, толкающая тебя на такие безумия и мечтатльные воздыхания по очаровательному незнакомцу? Кажется, ты только что поверила, что такое явление существует и оно коснулось именно тебя, отныне преследуя, как дьявольское наваждение.
Ты затаила дыхание, как только услышала шуршание простыней; Суэхиро, привстав на локтях, начал рассматривать окружающую местность прояснившимся взглядом. Ты смотрела на него с затаённой надеждой, желая услышать о том, что твоя работа принесла свои плоды. Мечник остановил взгляд на незнакомке, заставив тебя покрыться заметными мурашками. Уловив твою реакцию, Дзёно криво усмехнулся, но краем уха ты услышала, как он омерзительно хмыкает позади тебя. Тэттё же, не отрывая любопытного взора от твоей персоны, сказал первое, что пришло в его голову, отринувшую от себя густой туман:
- Хочу пудинг.
- Идиот, - прокомментировал высказывание товарища Сайгику, скрестив руки на груди.
- Значит, жить будет! - не скрывая своей радости, воскликнула неожиданно для самой себя ты, хлопнув пару раз в ладоши. Суэхиро продолжал оценивающе разглядывать тебя с ног до головы, хотя на его лице не отражалось никаких эмоций - разве что совершенно слабая, почти незаметная заинтересованность,­ которую почувствовал Король Тьмы, что ему крайне не угодило. От этого бесспристрастного сканера ты стушевалась и соединила ладони в замок, обличая болезненную скованность при молодом человеке. А он даже не моргал; осматривал тебя внимательно, как критик, пытающийся выявить не то недостатки, не то достоинства, но вердикт он так и не вынес, оставаясь в безмолвном состоянии.
- Жаль, - посетовал на несправедливую судьбу, качая головой, Дзёно. - Чем меньше мусора на нашей земле, тем лучше.
- Как Вы можете так говорить?! - возмутилась ты, эмоционально всплеснув руками. - Он же Ваш товарищ, который рисковал жизнью ради своей команды!
- Всё в порядке, - прервал ваш наметившийся спор спокойный и ровный голос Тэттё; молодой человек окончательно принял сидячее положение с прямой спиной и опустил взгляд на свои сжатые кулаки, на которых остались бледноватые шрамы. - Это моя работа, - прозвучала смиренная фраза.
- На работе ведь тоже нужно отдыхать, - обеспокоенно возразила ты, поражаясь стойкости его железного темперамента.
- В этом нет необходимости, - уверенно отчеканил он. - Я - воин, чьи тело и сердце сделаны из стали, поэтому меня не сломят подобные пустяки. Я должен всегда подниматься на ноги и сражаться дальше за свою честь, - высказавшись, он замолк на некоторое время, задумавшись о чём-то своём, а затем выдал: - Но я всё ещё хочу пудинг. Вы не могли бы принести мне его?
- Тэттё-сан, это Вам не официантка, а медсестра. Совсем в голову ударило? - саркастично поинтересовался Дзёно, театрально цокоя языком.
Но ты, вопреки странной просьбе мечника, счастливо заулыбалась. Ты была тонкой натурой и, что касалось чувств, воспринималось близко к сердцу вдвойне.
- Всё в порядке, - проигнорировала ты нотации молодого человека. - Здесь как раз есть рядом забегаловка, там всё и возьму. Ждите здесь и помните, что больному нужен отдых.
- Вы приятная, - услышала ты флегматичный голос мечника, прежде чем успела скыться за дверью; лучше бы действительно поторопилась - сейчас тебе кажется, что ты потеряла сердце и все конечности, потому что те онемели и отказывались подчиняться, и лишь живот, в котором взвились сотни огненных бабочек, продолжал работать, трезвоня о наметившейся любовной лихорадке, хотя весна со своей романтической вуалью была ещё далека от мирских забот.

***


Тэттё не помнил, в какой момент он сумел отключиться после очередной миссии, хотя после объявления войны Агентстсву он стал довольно частым гостем в стенах больницы, веющих холодом, хлоркой и кислыми медикаментами. Во время стратегии его, как крайнюю пешку, всегда ставили впереди других значимых фигур, и по этой же причине он чаще остальных терпел крушения. Переливание крови, очистку раны и наложение швов на порез он выдержал стойко, но извлечение пули из плеча затянулось и оказалось выше его сил - она засела слишком глубоко. Последним, что он запомнил, стала слепящая боль, простреливающая шею, позвоночник, лопатку и сконцентрировавшаяс­я в ноющем затылке. Проскользнула мысль, что этого хватило для того, чтобы вывести его из строя и превратить в мертвеца, но долг перед "Ищейками" заставлял его судорожно дышать и вытаскивать силком свою мятежную душу из могилы.
Рассудок пьяно перебирал последние образы, которые запечатлел. Это походило на явственный и между тем смазанный кошмар: анестезия действовала на него плохо, вспышками, и, несмотря на ломоту в теле, он пытался подняться, вопреки наказам доктора. Но что-то будто прострелило корку мозга, заставив картину вокруг расплыться, и Суэхиро приложил ладонь ко лбу, пытаясь унять головокружение и пульсирующую боль. Невероятно мягкие ладони, которые он воссоздавал в своём воображении после первого визита к врачу, как единственное положительное прошлое, неожиданно легли ему на грудь, ненавязчиво прося снова лечь на подушку. Тэттё сфокусировал взгляд на твоём силуэте, ловя какое-то облегчение; Дзёно, который твердил о своей ненависти, не было, Теруко не клацкала челюстями возле его лица, обещая командиру избавиться от ненужного мечника, а Фукути не срещивал руки на груди, непринуждённо хохоча, и не говорил так радостно, игнорируя состояние Суэхиро: "Узнаю свою команду!". Всё было относительно мирно и спокойно, что он, впервые поддавшись изнурённости, откинулся обратно, принимая твою заботу, о которой он мог слышать только в книгах - воину ведь в конце концов были чужды даже самые редкие моменты нежности, иначе бы их огрубевшая душа дала трещину и можно было бы утилизировать испорченный продукт.
- Как Вы себя чувствуете? - мягко поинтересовалась ты, смачивая бархатную на ощупь ватку спиртом, скосив взгляд в сторону расслабленно лежащего мечника.
После твоих слов у брюнета будто что-то переключается внутри и снова зарабывает механизм бесчувственной машины, которая будет сражаться до тех пор, пока из неё не вылетят последние шестерёнки. Превозмогая слабость, он снова садится и глухо произносит, смотря на свои бледные ладони, которые решительно сжались через несколько минут:
- Готов идти в бой.
Грустная улыбка расцвела на твоих губах, как знак непримиримости со стечением обстоятельств. Ты ощущала скорбь, глядя на то, как он жестоко преодолевал себя только ради какого-то бесполезного долга. И почему он не может отречься от этого в пользу твоего желания, которое требовало безопасности для молодого человека, который уже и не был похож на обычное и хрупкое существо, каким ему было дано родиться самой природой. Суэхиро, замечая твой взгляд, подёрнутый влажной пеленой, чуть изумлённо приподнимает брови, но молчит - он не знает, что нужно говорить в таких ситуациях, когда на него смотрят действительно как на человека, а не как на оружие массового поражения.
Ты делаешь шаг вперёд, уместив ладони на его плечах. Темноволосый поднимает на тебя вопросительный взгляд, на что ты нежно опрокидываешь его на постель, не встречая сопротивлений, но и не лишаясь внимательного, почти изучающего взгляда, словно он действительно, как чужезец, пытался разобраться в спектре эмоций первого на своём пути человеческого создания. И этот любопытный взгляд далеко не вызывает уместный смешок; он пробуждает подавленность под пониманием того, что с ним сделала эта воинственная организация - он походил на давно порабощённого зомби, в чьих приоритетах преобладал голод. Пожалуй, это было единственное, что вызывало у тебя умиление и заставляло отпечаток печали на лице схлынуть, пусть его вкусы хвастались специфичностью.
- Простите, Тэттё-сан, но Вам нужно ещё отдохнуть. Ваши раны не зажили.
- Они заживут позже, как на собаке, - тебе кажется, что эти слова уже запрограмированны в нём, как в компьютере, и даже несмотря на то, что он не сделал акцент на сравнении "Ищеек" с бешеными псами, ты всё равно промотала эти слова в голове, найдя в этом особый смысл и ответ на свой вопрос о том, почему он до сих пор с ними - его заразили укусом. - Я эспер и воин, сделанный из стали.
- Так о Вас говорят, - подтверждаешь ты, строя вымученную улыбку, а сама совершаешь попытку доказать ему обратное: - Но сердце у Вас всё же человеческое.
- Дзёно говорит, что у меня нет сердца, иначе бы я не смог так хладнокровно наказывать зло, - задумчиво произносит Суэхиро, направив туманный взор в приоткрытое окно, где колыхались бирюзовые занавески. - Он говорит, что оно мне и не нужно - так я смогу поддаться своей слабости и упасть в бездну проигрыша. Воину не нужно сердце. Ему нужен только меч в его руках, который сразит тех, кто сеет хаос.
От этих жестоких слов тебе становится больно. Кажется, что она становится даже слоистой: сдёрни этот эпидермс, а под ним ещё множество восходящих по степени. Грусть становится фракталом, содержащая в себе своих близнецов. Веки опускаются, скрывая печальный блеск зрачков.
- А разве воину не нужна поддержка?
- Воин всегда одинок на поле, - сухо парирует он, вспоминая каждый свой бой; он никогда не чувствовал спиной чужое тепло, никогда не ощущал эфемерную руку, помогающую ему подняться с рыхлой почвы, никогда не ощущал облегчения от того, что его дождались. Потому что никто не ждал Тэттё. Он был всегда один, зато без слабостей, о которых твердил ему Дзёно. Он бы глумился над ним вплоть до увольнения, если бы мечник позволил себе такую роскошь, как чувства.
- Тогда ему не за что сражаться. Он просто выполняет всё механически. Разве это можно назвать жизнью? Просто существование ради чужих идеалов. А нужно иногда пожить и для себя - это помогает чувствовать в себе больше моральной силы. Те, кому есть за что сражаться, сражаются в полную силу и меньше попадают под удары, потому что они знают, что ранят своим исчезновением близких.
Суэхиро впадает в какие-то глубокие размышления, больше похожие на упадок в вязкий транс. У него нет близких. Даже если бы они были у него, он бы устранил их, если бы последовал приказ. Такова участь марионетки в руках государства. По этой же причине он выработал в себе сдержанность и закрытость от мирских проблем. Чувства? Он обходит их, если не топчет в грязь, когда хватается за рукоять поблёскивающего свинцово-серым меча - это как мощный шлепок по лицу, который заставляет его очнуться от сладких грёз. Воин не должен впадать в стан спячки. Он уже давно понял, что ему будет неведомо простое людское счастье. Точнее, принял это.
- Вы не боитесь однажды умереть на задании? - прерываешь ты его раздумья вырвавшимся на эмоциях вопросом, а сама отчаянно ищешь в его взгляде желанный страх; если он будет бояться, то не умрёт - его смерти ты желаешь увидеть меньше всего, почему-то ты сумела привязаться к своему пациенту за такой короткий срок.
- Я не могу умереть. Я должен служить стране, - в его голосе слышится нерушимая твёрдость. Он и правда выглядит как камень в центре дороги, который раз за разом пытаются сломать, прогнуть, выкинуть, чтобы он не мешался, а он всё равно стоит на месте и ждёт очередных налётчиков.
- Вы считаете себя героем?
Тэттё вздрогнул, потому что вспомнил свою первую миссию, где ему пришлось убить по приказу Дзёно солдата. Трепыхающийся, но ещё тянущийся дрожащей рукой к солнцу, он шептал имена членов своей семьи. Тогда он почувствовал что-то противно шевелящееся в груди и спросил у Сайгику: "Дзёно, я герой или убийца?", на что Король Тьмы назвал его идиотом. Ведь "Ищейки" по щелчку пальцев готовы вцепиться в глотку каждому. Им неважно, кто будет стоять у них на пути: мужчины, женщины, дети, старики - они выполнят свой приказ и не моргнут глазом, не позволив жалости одержать над собой вверх. А ведь Суэхиро всегда мечтал стать героем, чей клинок будет нести правосудие. Поэтому он пошёл на эту опасную службу, надеясь охранять покой достойных людей. Но с каждым разом, как кровь всё чаще пачкает по эфес меч, он начинает сомневаться в своём отличии от обычных убийц. Ему нужны доказательства того, что он делает всё правильно. Хотя бы одно крошечное, способное заставить его перестать сомневаться в своей деятельности, хотя отступать от неё было уже поздно.
- А Вы считаете меня таковым? - поворачивается к тебе, смотря прямо в глаза, и выжидающе смотрит на них, надеясь на честный ответ.
Замираешь, чувствуя язык каким-то деревянным. Он вводит тебя в ступор и смущает, когда ответ автоматически приходит в голову. Ты не готова проявлять такое откровение, норовясь сдержать симпатию под замком, но если он того хочет...
- Для меня Вы герой, потому что постоянно встаёте на ноги, несмотря ни на что, - просто отвечаешь ты, пряча необъяснимую и робкую улыбку опущенной головой, за ниспадающими гладкими волнами водопада прядями.
Суэхиро перестаёт моргать и начинает чувствовать себя невероятно лёгким в этом потоке однообразной жизни, где на него смотрели по-разному: как на убийцу, как на уважаемого и бесспристрастного воина, как на безвольную куклу. Но никогда на него не смотрели с восхищением, далёким от созерцания великого человека. Он увидел, что в твоём взгляде сквозит иное чувство, не похожее на обычное преклонение спасителю. Ты смотрела на него, как на живого человека, и, кажется, беспокоилась о том, что он когда-нибудь перестанет совершать подвиги. Тэттё сомневался в том, что увиденное не относилось к иллюзии на почве дурного самочувствия, поэтому не решился что-то уточнять.
- Знаете, я ведь волнуюсь за Вас, - не зная, что тобой руководит, сердечно призналась ты. - В последнее время Вы слишком часто попадаете сюда...
- Волнуетесь? - искренне удивился мечник. - Почему?
- Я не знаю... Вы просто почему-то небезразличны мне.
Глаза Тэттё широко распахнулись. Лицо застыло, не выражая эмоций, но внутри всё бушевало смертоносным ураганом. Простые, субтильные, как несбыточная сказка, слова смогли проникнуть в сталь его души, разрезав её, как жалкую бумагу. Осознание того, что кто-то впервые волновался за него, будто окутало шерстяным покрывалом. Оно согрело, озарило и прогнало холод, одиночества и пустоту, вернув снежной зиме внутри признаки лета. Он шёл на этот свет, как доверчивый мальчишка, и учился заново мечтать. Хотя когда-то все мечты были похоронены под горой пыли и трупов.
- Обычно у меня не было такого с больными... Но тут я часто плачу от того, что Вам приходится пережить... - ещё одно откровение и ты потираешь увлажнённую правую щёку, по которой скатывается прозрачная струя, хотя продолжаешь улыбаться сквозь горе. - Возможно, потому что Вы первый, чья история поразила меня. Поразило отношение окружающих к Вам... Я никому такого не пожелаю.
Тэттё изумляется всё больше и больше, но огорошенность не поддаётся описаниям. Впрочем, он никогда не был красноречив и всегда мало говорил, предпочитая болтовне дело. Никто не учил его правильно реагировать на женские слёзы, когда перед ним стоял не враг. Кто-то молил его о милосердии, но стоило Дзёно щёлкнуть пальцами, как всё перед ним становилось чёрным, а глаза полыхали временным огнём. Никаких состраданий, ибо это падшее состояние, способное привести к краху. Но перед ним не враг, а он, как забитое и умственно отсталое существо, не находил подходящих слов. Функцию сопереживания ему отключили.
- Тогда... Вам не подходит эта профессия, - неожиданно говорит он с какой-то слабой долей понимания, не зная, что нужно ещё сказать в таком случае.
- Возможно... - сипло отвечаешь ты, потирая покрасневшие и опухшие глаза. - И что же... что же тогда мне подойдёт...?
- Быть поваром, - без раздумий даёт тебе подсказку Суэхиро.
На мгновение ты теряешь прежний настрой к бессвязным рыданиям, устремляя вопросительный взор на мечника.
- Почему?
- Потому что Вы хорошо {censored}, которые мне нравятся, - честно отвечает темноволосый, ностальгируя о том, как ты бережно заливала белый зефир белково-заварным кремом, томаты кетчупом, шоколад обсыпаешь корицей. Ты внимала каждому его слову, не называла идиотом с отвратительным вкусом и просто с упоением наблюдала за тем, как он с удовольствием уплетает за обе щёки приготовленное тобой.
Солнечный смех от растроганности щекотит грудь, заставляя его прорваться наружу; сглатываешь последнюю солёную влагу, издавая по-девичьи тихий хохот, и чувствуешь себя немного счастливой. Тэттё снова изучает тебя взглядом, чувствуя, что в груди пригрелся какой-то пушистый комочек. Потому что с ним ему тепло, мягко и уютно. Мечник прежде никогда не чувствовал себя в полной безопасности и в таком домашнем комфорте. Но ты понимаешь, что всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Смех, придавленный, затихает где-то в гортани, а затем и вовсе оседает невыпущенной тяжестью. Ты знаешь, что он не бросит службу, и боишься узнать, что с ним случится завтра. Мысль о том, что его будущее покрыто плотным туманом, выбивает из колеи, возвращая горечь на корне языка. Перед глазами всплывают картины взрыва, после которого он впервые попал сюда, и рецепторы ощущает вкус пепла, в который, возможно, завтра может обратиться этот человек, не жалеющий себя.
- Могу ли я... поцеловать Вас? - смелеешь, но вопрос всё равно звучал хрипло. Однако голос, насквозь прошитый скрытой болью, продирается сквозь поток мыслей, заволокших разум Суэхиро.
- Поцеловать...? - несколько растерянно спрашивает он, впервые чувствуя, как уверенный баритон теряется, превращаясь в какой-то чужой и незнакомый звук.
- Я боюсь, что с Вашей профессией не смогу увидеть Вас ещё раз. Поэтому я хочу осуществить эту маленькую дерзость...
Не дожидаясь его ответа, неторопливо шагаешь вперёд, чувствуя на себе неотрывный взгляд мечника. Дрожишь, как от холода, чувствуя перед собой какой-то барьер, но Тэттё даже и не думает оттолкнуть тебя. Осторожно заключаешь его гладкое лицо в ладони, замираешь на несколько секунд, уговаривая себя дышать ровно и выдержать его проницательный взор и метающиеся из стороны в сторону, как птицы в клетке, зрачки; кажется, он тоже испытывал волнение от предвкушения, но как истинный солдат не позволил отразиться эмоциям на внешней оболочке. Криво усмехаешься в мыслях; даже в такие моменты он не меняется, продолжая казаться куском льда. И эту ледяную глыбу хочется пробить, чтобы освободить её от всех тягот, о которых он не подозревает под присмотром чёртового Сайгику.
Аккуратно тянешься к нему, выпячивая вперёд губы, и сталкиваешься с его - обветренными, сухими, но невероятно желанными. Просто первый поцелуй, как у неопытных подростков, которые стесняются открыть рот и подключить языки. Совершенно невинное, чистое и поистине детское соприкосновение. Хотя взаимность ты не встречаешь; его губы оставались в одном положении, не идя к тебе навстречу, ибо он был слишком безнадёжен в таких делах и просто огорошенно следил открытыми глазами за тем, как сменялось выражение твоего лица. Он смыкает веки только ближе под конец, когда растворяется в мягкости твоих ладоней. Настолько убаюкивающее прикосновение, что хочется быть впервые за всю жизнь поверженным усталостью и упасть в чужие объятья, как в одеяло.
- Могу ли я тогда... позволить себе ещё одну, самую последнюю дерзость? - застенчиво жмурясь, решаешься ты, ещё раз не встретив ограждений.
Тэттё не противостоял твоей персоне, когда оказался поваленным на кровать и притеснённым чужим телом. Он неотрывно следил за тобой и всё время задавался вопросом о том, почему же необычные для него ощущения разрастались и множились, проникая в каждую живую клетку. Они очищали, врачевали, дарили неописуемое вдохновение, которое он не знал, куда и как направить. Точнее, он просто не умел управлять этим самым руслом, но ты взяла всё в свои руки, позволив мечнику быть пассивным наблюдателем.
Ты взяла его руки в свои и опустила их себе на грудь. Мечник задышал значительно чаще и сам был ошеломлён тем, что ему пришлось испытать - его дыхание было всегда равномерным даже в самой экстренной ситуации, а здесь он проиграл без лишних сражений. Однако данное фиаско почему-то не тревожило его - он принял его с тем же энтузиазмом, что и настоящий воин, которому дали второй шанс на исправление. Первое движение с его стороны получилось механическим, когда он совсем слабо, почти неощутимо стиснул твою грудь пальцами. На его лице появилась тень удивления - он никогда прежде не прикасался к женской груди и не думал, что она может оказаться настолько мягкой и упругой. Пожалуй, Тэттё даже мог сравнить её с нежным пудингом, в который хотел алчно запустить палец и слизать его приторный крем. Позволяя себе принять новые чувства, он более храбро надавил четырьями пальцами на вершину груди, а большим сжал область молочной железы, нервозно хватая душный воздух. Он шумно вздыхает, наконец-то раздвигая пересохшие губы, чтобы с обескураженностью и немым восторгом проглотить необходимый кислород, как его настойчиво накрывают чужие уста. Наконец-то добиваешься от него ответа, помогая ему научиться неумело двигать языком в такт твоему. От сумасшедшего сердцебиения кровь шумела в ушах так, словно рядом надрывались турбины водонапорной станции. Подобный гул в ушах не стоял у Тэттё даже во время мощного взрыва. Неожиданная жажда превратила его в беснующегося зверя, который вечно был взапрети, а сейчас впервые вырвался на свободу и бесконтрольно знакомился с окрестностями неизведанного, но прекрасного мира.
Суэхиро, проявляя дикость в порыве выворачивающих наизнанку чувств, перевернул тебя и сгрёб в охапку. Встреча с твоим слегка растерянным взглядом на миг притормозила его. Суэхиро, будто осознав величину постыдности своего поступка, отстранился, но ты захваченно запустила ладонь в его тёмные волосы и притянула обратно к себе, снова встретившись в порочном поцелуе. Он туже стискивал твоё тело, забывая о его хрупкости, словно мечтал втянуть в себя первое женское тепло и ощущения, подаренные им. Ты видела в этом крик его одинокой души, просящей о чём-то, кроме кровопролитий. И ты давала ему это, тяжело дыша в его шею, трахею, быстро и возбуждённо поглаживая его спину, протискиваясь ногтями сквозь складки одежды, пока его нос не отрывался от твоего горла. Твоя кожа головокружительно пахла цветами, а последний раз мечник чувствовал редкий приятный аромат на одной битве, где Дзёно поторопил его перестать заниматься дурью; солдат всего лишь смаковал ощущения, перебирая бутон розы, а затем по приказу раздавил в кулаке прекрасное, как это часто бывало на его миссиях, и выбросил смятые лепестки на ветер, как прах своих врагов. Тэттё глухо простонал, когда твоя ладонь, неосторожно скользнувшая к его рёбрам, задела ссаднящую рану. Этот мазохизм невозможности дойти до конца убивал. Он чувствовал себя достигшей предельной концентрации напряжения взрывчаткой - любая искра норовила сорвать ему крышу. Тебе стоило огромного труда побороть эгоистичный порыв вернуться в его жаркие объятья. Рассудок, не умолкая, твердил о необходимости сохранять здравомыслие и не забывать о физическом состоянии пациента. Ты и сама чувствовала, что вела себя для вида дерзко и призывно, но на самом деле это был жест отчаянья: ты хотела отдаться ему, потому что не верила, что завтра не наступит его последний день. Тэттё заметался, потому что кожа горела, а под ней всё схватилось коркой льда. Ты действительно была ужасной медсестрой - влюбилась в пациента и подвергла его своим похотливым желанием страданиям, пусть он и не выглядел плачевно, но держался теперь на расстоянии, всё ещё ощущая огонь внутри себя.
- Всё же человеческое... - хмельно шепчешь ты, радостно улыбаясь, указывая на грудь молодого человека; ты успела прижаться к нему и вобрать в себя каждый сумасшедший стук, как смышлённое дитя.
Суэхиро почему-то отводит неловкий взгляд в сторону, воздерживаясь от попытки убедиться в этом. Однако он прекрасно чувствует, как оно ломит грудную клетку в поисках выхода. Но со стороны мечника было позорно оглашать свою слабость.
- Мне... нужно идти, - отстранённо проговаривает мечник, торопливо поднимаясь с постели; плевать, что раны не зажили, их исцелит время. Его ждёт долг. Он посвятил ему всю свою жизнь. Женщина не сможет удержать его от того, к чему он привык.
- Тэттё-сан... - но он, вопреки своим бестрастным рассуждениям, обернулся, смотря с потаённой надеждой в твои глаза. И ему казалось, что он готов простоять так вечно, как оловянный солдат, лишь бы дождаться твоих слов. Хоть каких-нибудь. Быть может, ты всё ещё волнуешься по нему? Или будешь скучать? Суэхиро не надеется на это, но ему в глубине души хочется всеми фибрами думать о том, что ты прочитаешь его. - Я буду ждать Вас.
Тэттё не улыбается, не отвечает, но горит изнутри благодарным пламенем, которое получило новое питание для сил. Отныне он впервые уходит с мыслью о том, что о нём беспокоятся, его ждут, по нему скучают. И всё это греет огрубевшую душу воина, которая всё же даёт предательскую трещину.

­­

http://phasetoleon.­beon.ru/0-1-moi-test­y.zhtml#e433 - мнение о тесте вы можете оставить здесь.
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1122-293.html
Тест: Школьные шалости [сборник] Цуруги Камия Осматривая просторный... Kitagawa Momo 23:33:19
­Тест: Школьные шалости [сборник]
Цуруги Камия


Осматривая просторный, веющий прохладой холл, ты дожидалась подходящего момента, чтобы рвануть опрометью рвануть в ближайший укромный уголок, спрятавшись от учителей. Урок географии был самым твоим нелюбимым предметом, а с учётом строго преподавателя, который ни за что не погладит тебя по головке за невыполненное домашнее задание, это была адская, химическая смесь, которая бы полилась на тебя разъедающей кислотой. От волнения холодели пальцы и снова крупные мурашки, оставалось лишь надеяться, что твоё внутреннее напряжение не бросается в глаза, иначе кто-нибудь разгадает твой замысел сбежать с последнего урока без видимой причины и утащит силком в класс.

Дождавшись, когда сборище учеников отойдёт от доски с расписанием, ты выбежала рысью из коридора, попутно оглядываясь, и съехала по перилам лестницы вниз. Страх гнал быстрее ветра. Осознание того, что ты уже близка к выходу, било благоприятной энергией. На губах уже начала расползаться облегчённая улыбка, как ты влепилась во что-то твёрдое. Отойдя от оцепенения, ты сделала несколько шагов назад и распахнула глаза, уставившись на старшеклассника Цуруги, который вольготно расположил локоть на двери, над которой висела табличка с заветным словом "выход". Брюнет с самодовольным лицом вытянул вперёд ногу, создав преграду для твоего прохода, и просверлил твою персону странным, оценивающим взглядом, от которого тебе стало неуютно. Хотелось поскорее избавиться от общества этого маньяка, который застал тебя за не самым лучшим в мире делом.

- Малявочка (Твоё имя)-чан прогуливает уроки, да? - сладкоголосо тянет он, заставляя тебя поёжиться и направить на него взгляд исподлобья. - Сразу вспоминаю свою молодость: Джун-чан, Юми-чан и я часто сбегали с математики. У Юми-чана тогда часто случалась диарея и...

Не желая вдаваться в интимные подробности жизни его друзей, ты поспешила прервать юношу:

- Понастольгировал? - с изнурённым видом поинтересовалась ты, нахмурив брови.

- Подожди! - продолжал напирать со скуки Камия. - Ещё я помню, как учил правильно прогуливать Куни-чана. Он тогда был ещё хиленьким и совсем беззащитненьким, поэтому я обучал его всем премудростям. Правда, несколько раз его всё-таки ловили и он давил меня ботинками, но когда я начинал ползать перед ним на коленях, он тут же прощал меня, - глупо лепетал молодой человек, игнорируя твой жест, обозначающий нежелание продолжать диалог: нетерпеливый топот ног и сумрачный взор.

- Спасибо, это было не интересно, - пожелала ты поскорее отмахнуться от него. - А теперь дай пройти, иначе меня заметят.

Ты совершила первый шаг, намереваясь перейти через его ногу, но Цуруги резко выпрямился загородил тебе проход своим телом, направив его в центр. Ты опешила от его действий, а затем, отойдя от шока, обвела его раздражённым взглядом. Камия, с удовольствием любуясь твоей персоной, зашёлся легкомысленным хихиканьем и чуть поалевшими щеками.

- Ты такая милашка, когда злишься, (Твоё имя)-чан! Как у тебя это получается?

Ты проигнорировала откровенные нотки лёгкого флирта в его голосе, предпочтя обезопасить своё существование, поэтому перешла сразу к делу:

- Может, выпустишь уже меня? Время ограниченное, те же уборщицы могут заметить меня и настучать преподавателю. Сам ведь говорил, что в "юности", - ты сделала воздушные кавычки пальцами, передразнивая его манеру речи, - прогуливал, вот и прояви теперь ко мне понимание.

- С радостью, - довольно воскликнул брюнет, на миг дав тебе смутную надежду, однако его едкая ухмылка намекала о том, что в каждой положительное ноте есть своё злостное "но". - Только заплати сначала за то, чтобы я держал язык за зубами, - торжественно объявляет он, по-птичьи склоняя голову и складывая губы в приторно-невинную улыбку.

Ты поперхнулась воздухом. На твоём лице растеклось изумление.

- Чего?! - только и смогло слететь с твоих уст спустя минуту неравной борьбы с эмоциями, которые дружно встали в тупик от его нахальных слов, которые на время парализовали все реакции.

- Ничего личного, (Твоё имя)-чан, просто я очень люблю деньги и сделаю за них всё, что мне скажут, - объяснил с всё такой же непорочной улыбкой Камия, находя данную ситуацию забавной в отличие от тебя, пока ты начинала вскипать от негодования, как нагретый чайник. - Кстати говоря, ты можешь заказать меня в качестве сообщника. Но за это я возьму дополнительную плату.

Некоторое время ты огорошенно молчала, пытаясь захватить утекающий сквозь пальцы, как хрупкие крупицы золотистого песка, контроль. Душа плавилась в поднимающемся, как в жерле вулкана, гневе, но вместе с этим жидкий огонь остужал холодом вид молодого человека; чёрт бы побрал его за то, что он был довольно привлекательным! Кажется, попрошайка активно пользовался своей популярностью, извиваясь в самых удачных ракурсах, и пуская на тебя соверешенно ангельский взгляд. Трудно было сказать, кем он действительно является: хитрейшим манипулятором или несравненным и чистым ребёнком с душой чертёнка.

- Издеваешься что ли? - флегматично выдала ты, стараясь сохранять остатки сдержанности, потому что, если ты сорвёшься на крик, то точно обречёшь себя на погибель.

- Нет-нет, что ты! - начинает энергично мотать головой Цуруги, словно его обвинили в преступлении самого высшего разряда. - Я могу тебе и туфли вылизать, если ты захочешь и если у тебя хватит денег. Как довольно симпатичной девушке сделаю тебе скидку на два процента, - брюнет заговорщицки подмигнул тебя, кокетливо поведя покатыми плечами, словно изображая из себя знойного ловеласа, искушённого в женском внимании.

Ты всеми силами старалась удержать ауру спокойствия, но её флёр неумолимо истончался. Непрошенная вспышка ярости начала теснить грудь так, что в ней осталось мало воздуха. Терпение было на пределе, тут уж не до вежливости и деликатности, но Цуруги продолжал смотреть на тебя насмешливо и одновременно... умилённо. Кажется, он получал истинное удовольствие, не описанное в книгах даже с тонкой психологией, от разворачивающегося зрелища. Разум подкинул вариант преодолеть между вами расстояние и со всего размаху подарить ему отрезвительную оплеуху, но сердце останавливало от возможной ошибки. Его нездорово искрящийся взгляд внутривенно лилися в грудную клетку, наполняя её, пожалуй, чем-то цветочным, потому что внутри начало что-то радостно распускаться и благоухать. И почему этот {censored}, на которого ты нередко заглядывалась на переменах, так влияет на тебя?

Пожалуй, если бы не шум упавшей на пол швабры, вы бы и дальше продолжили просверливать в друг друге дыры. Ты резко свела вместе брови и, вытянувшись, начала разглядывать территорию в поисках источника шума, как сторожевой пёс. Камия среагировал на опасность гораздо находчивее: нагнулся, схватив тебя за ноги, и стремительно поднялся, вынудив твоё тело плюхнуться на его плечо. Ты хотела закричать на него, но вовремя напомнила себе, что находишься сейчас не в выгодном положении, чтобы позволять себе подобную роскошь. Издав недовольное рычание, ты позволила парню нестись со скоростью снежного барса прямо в библиотеку, где стол смотрительницы был частично закрыт высокими шкафами с книгами, пропахшими старьём. Женщина успешно пропустила мимо ушей посторонний шум, потому что Цуруги, к твоему удивлению, двигался, как умелая и опытная мышь, искусно лавируя между книжными стеллажами со своей ношей. Когда он остановился возле узкого прохода, где библиотекарь мог спокойно увидеть нарушителей беспорядка, ты что-то жалобно промычала и легонько стукнула его кулаком по спине.

Женщина, подозрительно сузив глаза, огляделась. Ваш след на дороге уже и простыл, а шум неожиданно прекратился. Сославшись на разыгравшееся воображение, она тряхнула головой и снова взялась за рукописи, заполняя {censored} шариковой ручкой. А вы с Цуруги притаились за одним из шкафов; ты была грубо прижата к твёрдости и могла спокойно ощущать древесный аромат мебели и потёртого чтива низкосортных романов. Цуруги, фривольно зажавший тебя, продолжал благоговейно ухмыляться. Неужели он ощущал веселье даже в такой щекотливой ситуации? Сумасшедший мазохист! Угораздило же тебя попасть именно с ним такую передрягу, похожую на болотную трясину, из которой не так просто выбраться.

Краем глаза замечаешь, что мимо широко распахнутой двери идёт та самая уборщица. Внутренний голос начал бить тревогу, трезвоня и разносясь покарёженным эхом в голове, предупреждая, что сейчас запахнет жареным. Камия, заметив твою растерянность и волнообразно подрагивающие губы, резко схватил твои скулы двумя пальцами, чуть надавив на них, и повернул твоё лицо к себе, настроив ваш зрительный контакт. Ты перестала дышать, оказавшись в плену жидкого золота в его глазах, в чернильных зрачках которых плясало какое-то безудержное пламя, распространившееся и на тебя тоже. Взгляд, как заточенная пика, пронзил тебя. Ты чувствовала странную тяжесть на душе - беспокойство на каком-то подсознательном уровне, значение которого не могла себе объяснить. В сердце закрадывался страх перед осознанием чего-то особенного в себе, отгораживаясь и закрываясь от понимания глубин природы чувств, которые ты питала к этому странному парню.

- В-выпусти меня... - буквально жалостливо пропищала твоя персона, удивляясь тому, что твой голос пропал, утонул где-то в потёмках гортани, выпустив из себя нечто чужеродное.

- Это тоже небесплатная услуга, - в своей манере ухмыльнулся Камия; на миг тебе показалось, что его глаза несколько недобро блеснули, предупреждая о буре перед этаким затишьем, и это не на шутку насторожило твою персону.